Марина Юденич. Расстановка точек над гробокопателями. Часть 2

Картинки по запросу Этуш в фильме Председатель фото
Позвонила родственница. 

Со стоном: «как ты можешь, дядю Володю замучили в НКВД»
Дядя Володя — мой дед по маминой линии. 
Владимир Андреевич Зуйко.
Он родился в Риге, его мама — моя прабабушка — была смотрительницей женских гимназий, кто был отец — прадед — я не знаю, или не помню. То есть, понятно, что он был, но в памяти его история не сохранилась.
Понятно, что всё что знаю и пишу — помню по рассказам бабушки. 
В Риге семья Зуйко жила в довольно скромном двухэтажном доме, вокруг которого был фруктовый сад — это видно на фотографиях, которые сохранились. 
Учился он в Рижском политехническом институте, потом — в Петербургском же политехе, потом — после окончания — уехал во Владикавказ работать. 
Как я понимаю — он был либо экономистом, либо что-то вроде технолога пищевых производств (не знаю, как это называлось тогда ), сужу по тому обстоятельству, что во Владикавказе — к 37-му году ( в 39 лет )- он возглавил трест «СевКавглаввино» (об этом сохранились документы ) 
В 37-м его арестовали, обвинив в экономическом саботаже. 
И продержали до 1941. 
Мама вспоминала, что в какую-то из зим во Владикавказе ударили страшные — по тамошним представлениям — морозы, она стояла в очереди, чтобы передать деду передачу и у нее примёрзли ноги к чулкам.
Маме было 15. 
Бабушка на ту пору работала «певицей на радио» — была в те времена такая должность — с которой её конечно немедленно уволили.
Жить — как вспоминала мама — было не на что, несмотря на располагающую вроде бы должность, сокровищ дед не скопил. 
Бабушка стала делать цветы из шёлка, а домработница, которая осталась с ними, носила их на рынок продавать. 
Большая половина родственников и знакомых пугливо сторонилась. 
Меньшая — подкармливала втихую. 
Так и жили. 
Потом бабушка поехала в Москву. 
Там жила её гимназическая подруга, муж которой был какой-то большой чин в НКВД. 
Он посоветовал бабушке писать письмо Вышинскому и пробиваться к нему на приём. 
Сейчас в это трудно поверить, но бабушка написала и пробилась. 
С помощью ли «чина», либо сама — не знаю. (кстати, «чин» потом погиб на фронте, а бабушкина подруга перебралась к нам во Владаквказ, где и умерла незадолго до моего рождения и за её могилой ухаживали сначала бабушка, а потом мама ) 
Вышинский был с бабушкой почти что груб, пообещал разобраться, но бабушка ему не поверила и в полном отчаянии уехала домой.
В дальнейшее поверить будет ещё труднее, но у меня нет ни малейших оснований не верить бабушке, маме и прочей родне, которая эту историю рассказывала много раз. 
Во Владикавказ из Москвы приехала женщина-следователь, вроде с ещё с кем-то, но тут не могу ручаться. 
Как бы там ни было, москвичи с делом деда разобрались быстро, следователь сказала ему: «Вы кристальной честности человек» и деда выпустили, выплатив какую-то огромную по тем временам компенсацию «за вынужденный прогул», на которую — в числе прочего — он купил большую хрустальную вазу, которая каким-то чудом — и это, вероятно, третье чудо в этой истории — сохранилась у меня по сей день. 
Впрочем, хорошее на этом закончилось. 
Не прожив и нескольких месяцев и не дожив до начала войны — дед умер. 
От язвы желудка. 
Возможно, она была следствием пребывания в НКВД и его там действительно «замучили», возможно — просто совпало. 
История — как видите — не выдающаяся и — надо полагать — похожая на тысячи других. 
Другой мой дед был успешным — и я бы даже сказала блестящим — военным, кавалером двух Орденов Красного знамени, войну закончил в ближнем круге Жукова, дома хранится книга «Воспоминания и размышления» маршала с личным автографом деду. 
Есть у меня повод — и право — кого-то ненавидеть и называть палачом? 
Нет. 
Если оно и было, то у мамы. 
Но она — со студенческой скамьи добровольно ушла оборонять Владикавказ, таскала раненых из-под огня, рыла окопы, подносила патроны — получила за это свою единственную медаль «За оборону Кавказа». 
Потом — 35 лет — у операционного стола спасала людские жизни и — уж точно — никого никогда не ненавидела.
Я это знаю и спорить со мной не нужно. 
Кому-то очень хочется ненавидеть и копошиться в гробах? 
Ваше право. 
Но помните — ненависть разъедает душу. 
Вашу.

Источник

По материалам: http://publizist.ru/blogs/108109/15870/-

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *